В конце марта я спонтанно решил отправиться в Пекин, чтобы полюбоваться цветением яблонь. Вместо того чтобы выбирать сетевой отель в пределах Второй кольцевой дороги — что обошлось бы в целое состояние, — я наугад забронировал номер в Happy Dragon City Culture Hotel (Beijing Sanlitun Nanluoguxiang shop) в переулке Дунсы Цзютяо. Лишь толкнув деревянные ворота хутуна, я понял, что нашел идеальное, уютное место, чтобы прочувствовать пекинскую весну.
Отель находится всего в 300 с небольшим метрах от станции метро «Чжанцзычжунлу» (Zhangzizhong Road); выйдя со станции (линия 5) и сделав два поворота, вы сразу попадаете в хутун. На старых акациях вдоль дороги только-только набухали почки, а пожилые мужчины неспешно прогуливались, неся в руках клетки с птицами. Пока я катил чемодан по дороге, занимавшей всего пять минут, шум городского транспорта полностью заглушался стенами хутуна. При заселении администратор, узнав, что я приехал гулять по хутунам и фотографировать цветы, не просто выдала мне ключ-карту. Она вручила мне нарисованную от руки карту с отмеченными на ней «скрытыми жемчужинами» района: лавкой, где продают традиционные булочки *танхошао* (с кунжутом и коричневым сахаром), тихим переулком, знаменитым цветущими яблонями, и даже честными закусочными с разумными ценами в популярном у туристов районе Наньлогусян. Она также дала полезный совет: «Не толкайтесь в толпе на главной улице — идите по маленькому переулку у черного выхода отеля, и доберетесь до храма Ламы всего за десять минут».
Я остановился в двухместном номере с видом на хутун. Комната была небольшой, но безупречно чистой, а постельное белье — удивительно мягким. Стоило открыть окно, как в поле зрения попадали ветви цветущей яблони, тянущиеся из соседнего *сыхэюаня* (традиционного дома с внутренним двором); при дуновении ветерка лепестки плавно опускались на подоконник. Особенно порадовали такие продуманные детали, как плотные шторы, не пропускающие свет, и удобный ортопедический матрас. После целого дня прогулок, когда ноги гудели от усталости, я засыпал буквально через десять минут после того, как ложился в постель, — шум с улицы совершенно не мешал отдыху. Ванная комната была светлой и сияющей, с отдельной душевой зоной; У раковины стоял даже небольшой горшочек со свежим *Orychophragmus violaceus* (фиолетовым кресс-салатом) — эти цветы администратор сорвал в хутуне тем же утром. Больше всего меня порадовали общественные зоны отеля. Кофемашина в холле постоянно гудела, готовая в любой момент выдать бесплатный свежемолотый кофе. Однажды ночью, когда я спустился вниз, проголодавшись и желая найти воды, администратор протянул мне тарелку со свеженарезанным *люйдагунь* («пирожными "катающийся осел"» — традиционным пекинским лакомством) и две бутылки воды. «Весной легко проголодаться после прогулок по хутунам, — сказал он. — Перекусите немного, прежде чем снова лечь спать». В прачечной самообслуживания можно было бесплатно пользоваться стиральными и сушильными машинами; я закинул туда куртку, которую носил весь день — теперь она была усыпана пушистыми сережками ивы, — и уже через полчаса она стала теплой и уютной, источая легкий аромат средства для стирки с запахом ромашки. В отеле было немало иностранных гостей, а молодой человек на стойке регистрации свободно говорил по-английски; если он видел иностранца, пытающегося разобраться с картой, то лично провожал его до конца хутуна, чтобы показать дорогу.
Следующие три дня я старался держаться подальше от удушающих толп у главных туристических достопримечательностей. По утрам я, следуя карте с ресепшена, отправлялся к входу в соседний хутун, чтобы выпить миску *доучжи* (ферментированного напитка из бобов мунг) и съесть *цзяоцюань* (хрустящие жареные колечки из теста). В середине дня я за десять минут доезжал на арендованном велосипеде до угловой башни Запретного города, чтобы сфотографировать весенние ивы. По вечерам я неспешно возвращался в отель, брал горячий кофе в холле и садился на маленький стульчик у входа, наблюдая, как хутунские коты гоняются за падающими лепестками. Во время прошлых поездок в Пекин туристические места всегда казались мне переполненными до удушья. Однако, остановившись в «Инсяне» (Yingxiang), я понял, что истинный дух весны в старом Пекине кроется вовсе не в этих многолюдных достопримечательностях; Это ощущается в ветерке, гуляющем по хутунам, в чашке горячего кофе, которую вам подают на стойке регистрации, и в цветущих ветвях бегонии, открывающихся взору, стоит лишь распахнуть окно.
В день отъезда я непременно решил совершить последнюю прогулку по хутунам и вложил в свой блокнот упавший на подоконник лепесток бегонии. Когда я снова окажусь в Пекине весной, я обязательно вернусь в этот уютный уголок, спрятанный среди хутунов.Развернуть